Развитие картографии в России и СССР

Началом русской картографии можно считать XVI в. В это время появляются отдельные географические карты – «чертежи», а во второй половине XVI в. составлен «Большой чертеж», т. е. карта всего Московского царства. Историк Татищев указывает, что «царь Иоанн IV Васильевич в 1552 г. велел землю измерить и чертеж государства сделать». В «Книге глаголемой Большой чертеж» (описание к карте) сказано: «А сделан чертеж примеряясь к верстам, в какову меру версты положены в старом чертеже». Из этого можно заключить, что у карты был масштаб, выраженный в верстах. «Большой чертеж» как единственный экземпляр официальной карты часто служил для всевозможного рода справок; от этого он изнашивался и время от времени перечерчивался, исправлялся и дополнялся.

Есть косвенные указания на то, что в царствование Бориса Годунова «Большой чертеж» был исправлен и пополнен при участии его сына Федора. В «Книге глаголемой Большой чертеж» говорится, что в царствование Михаила Федоровича этот чертеж «избился весь и развалился», так что «впредь по нем урочищ смотреть не можно», и необходимость заставила «примеряяся к старому чертежу в ту же меру сделать новый чертеж всему Московскому государству по все окрестные государства».
Кроме того, был сделан еще другой чертёж «против разрядныя росписи от царствующего града Москвы, Рязанским и Северским, и Польским городом, и полю, и рекам, и всем урочищам до Перекопи тремя дорогами и Крымской орде». Все это было исполнено около 1627 г., и тогда же к картам был составлен объяснительный текст – «Книга глаголемая Большой чертеж».

Книга эта дошла до нас и является драгоценным источником исторической географии России: самый же «Чертеж», очевидно, погиб, так как нигде в архивах не удалось напасть на его след. Некоторое представление о нем можно получить из карты известного голландского картографа Гесселя Герритса (или Герарда). Его карта озаглавлена: «Tabula Russiae desumpta ex autographo, quod delineandum curavit Feodor, filius Tzari Boris etc…, 1613» (Карта России, заимствованная из собственноручного чертежа, который старательно выполнен Феодором, сыном царя Бориса…, 1613).

Карта России Гесселя Герритса

Карта России Гесселя Герритса

Конечно, при составлении своего чертежа царевич Феодор непременно пользовался «Большим чертежом», так как других источников не было. Русское происхождение источника карты Герарда несомненно, но до сих пор не удалось выяснить, как он попал в Голландию к Герарду. В XVII в. число русских карт разных местностей или «чертежей» было значительно. Уже в начале этого столетия при Сибирском приказе в Москве и на местах в самой Сибири имелись отдельные чертежи городов, уездов и пр. В 1667 г. сибирским воеводой Петром Ивановичем Годуновым «с товарищи» был составлен и напечатан чертеж всей Сибири, но в России ни одного экземпляра этой карты не сохранилось; удалось получить ее копию из шведских архивов, где уцелел один экземпляр.

В 1701 г. появился целый атлас Сибири, составленный Семеном Емельяновичем Ремезовым (атлас хранится в настоящее время в Ленинской публичной библиотеке в Москве). В нем 23 карты, по которым страну и население тогдашней Сибири «яко в зерцале в книге сей ясно видим и пространно чтем о них же здесь писание належит». Атлас этот имел большую географическую ценность, а его значение как документа исторического и этнографического не утрачено до наших дней.

Новая русская картография связана с преобразовательной деятельностью Петра I. Им для составления карт были приглашены иностранцы: француз астроном-географ Иосиф Николай Делиль, англичанин инженер Джон Перри, голландец гравер Адриан Шхонбек, голландец адмирал Корнелий Крюйс и др. и положено начало географическим экспедициям для составления описей и съемок. Развернулись небывалые для того времени съемки внутренних частей империи, пограничных с Швецией мест, Камчатки, Курильских островов, гидрографические работы по описи Азовского, Черного, Каспийского, Аральского, Балтийского, Белого, Берингова, Охотского морей. Съемками и составлением карт на основании полученных материалов сухопутных съемок ведало высшее правительственное учреждение России – Сенат, который поручил это дело своему обер-секретарю Ивану Кирилловичу Кирилову, большому любителю картографии. Гидрографические же работы были объединены в Адмиралтейств-Коллегии. Дело пошло довольно успешно; кроме отдельных карт, были изданы: Крюйсом – атлас реки Дона, Азовского и Черного морей (1703-1704), а Кириловым – атлас Российской империи (1734).

Преемники Петра продолжали его начинания. Были приглашены: Людовик Делиль де-ла-Круайер, знаменитый математик Эйлер, Гейнзиус, Винцгейм, при Академии Наук был учрежден Географический департамент. В 1745 г. появился капитальный картографический труд «Атлас Российской». 13 карт атласа изображают Европейскую Россию в масштабе 34 версты в дюйме, 6 карт – Азиатскую Россию и двухлистная «генеральная карта» – всю Российскую империю в масштабе 206.5 верст в дюйме. Атлас этот по полноте и научности содержания и по техническому выполнению был огромным достижением того времени. По мнению математика Эйлера, российская география была приведена в то время «в горазда исправнейшее состояние, нежели география немецкой земли». «Немаловажной заслугой атласа, – писал П. Воларович, переводчик книги Зондервана «Географическая карта», – является и то обстоятельство, что при его составлении выяснилась огромная важность астрономических работ и выработались научные картографические приемы». Над исправлением атласа работал наш гениальный ученый М. В. Ломоносов. В связи с исправлением атласа находится также составленная П. И. Рычковым «Оренбургская топография» 1755 г. – атлас Оренбургского края, очень полный и интересно составленный. Этот атлас является ценным добавлением к атласу 1745 г., так как в последнем отсутствуют карты Средней Азии.

На атласе 1745 г. воспитаны были картографические кадры: геодезисты, географы-картографы, граверы, печатники. Атлас 1745 г. составил эпоху не только в русской картографии, ко и в мировой: с этого времени и на иностранных картах изображение огромной территории России и особенно берегов Северной Азии получили более или менее определенные очертания вместо тех фантастических изображений, какие ранее давались на иностранных картах. С этого времени развитие нашей картографии пошло по тому же пути, как и в других европейских странах: велись подробные топографические съемки, астрономические определения пунктов и т. п. В 1766 г. были начаты работы по «генеральному межеванию», предпринятые с целью «утвердить спокойствие, права и надежность каждого владельца в его имении» и давшие богатый материал для картографии того времени. Эти работы затянулись на целое столетие (1766-1855). С 1816 началась строго научная работа по триангуляции, а с 1819 г. – точная инструментальная съемка. Однако карты с точным выражением рельефа в горизонталях появились только в 70-х годах XIX в. Основные картографические работы из гражданского ведомства в 1812 г. перешли в военное. Картография морских пространств велась Главным Гидрографическим департаментом Морского министерства.

На ряду с военной и морской картографией в России существовала еще и ведомственная картография: министерств путей сообщения, земледелия, государственных имуществ, промышленности и торговли, геологического комитета и др. Из капитальных произведений русской дореволюционной картографии необходимо упомянуть следующие:

1) «Столистная карта Российской империи» в масштабе 20 верст в дюйме (выходила с 1796 по 1814 г.). Эта карта на 114 листах, составленная в основном по платам и картам Генерального межевания, являлась почти до конца XIX в. основной географической картой России.

2) «Военно-топографическая карта Европейской России» в масштабе 3 версты в дюйме (1 : 126 000) (трехверстка), проекция Бонна, рельеф в штрихах. Вышло 527 листов (начата изданием в 1846 г.).

Военно-топографическая карта Европейской России масштаба 3 версты в дюйме (XIX в.)

Военно-топографическая карта Европейской России масштаба 3 версты в дюйме (XIX в.)

Карта охватывает пространство от западной границы до Карелии, Новгорода, Твери (Калинина), Москвы, Рязани, Тамбова, Саратова, Астрахани, Ставрополя (Ворошиловска), Кубани.

3) «Специальная» карта Европейской России в масштабе 10 верст в дюйме (1 : 420 000) (десятиверстка) в конической равноугольной проекции, с рельефом в штрихах, на 177 листах (составлялась с 1865 по 1871 г. под руководством и редакцией И. А. Стрельбицкого).

«Специальная» карта Европейской России масштаба 10 верст в дюйме (XIX-XX в.)

«Специальная» карта Европейской России масштаба 10 верст в дюйме (XIX-XX в.)

Эта карта, составившая благодаря своей детальности, полноте и тщательности издания, эпоху в русской картографии, регулярно переиздается и продолжает оставаться, впредь до ее постепенной замены новой картой 1 : 500 000 с горизонталями, одним из основных картографических пособий по территории Европейской части СССР.

Заслуживают упоминания также и следующие карты: военно-дорожная карта Европейской России в масштабе 25 верст в дюйме, на 16 листах (1871); карта Азиатской России в масштабе 100 верст в дюйме на 8 листах (1876-1884); карта пограничной полосы Азиатской России в масштабе 40 верст в дюйме, на 32 листах; карта Кавказа в масштабе 5 верст в дюйме; наконец, ценнейшая гипсометрическая карта Европейской России А. А Тилло в масштабе 60 верст в дюйме (1889).

Упомянутые основные карты территории России хотя и были для своего времени замечательными произведениями, но к началу XX в. оказались, несмотря на частичное подавление, в значительной мере устаревшими и далеко не удовлетворяли возросшие многосторонние требования, предъявляемые к современной карте, необходимой при ис-следовании и эксплоатации природных богатств страны. Корпус военных топографов, продолжавший интенсивные работы, сосредоточивал свои усилия на съемках пограничных пространств, уделяя особое внимание западным окраинам страны (где была детально картирована территория к западу от 30-го меридиана), Кавказу, пограничным районам Средней Азии и Дальнего Востока. Русские съемки охватила также значительные пространства Манчжурии, Монголии, Персии, Турции, Румынии и Болгарии. В то же время центральная часть страны не имела достаточно современной и точной карты, а весь север и большая часть Сибири оставались в картографическом отношении совершенно неизученными.

Только после Октябрьской революции картографические работы были направлены на обслуживание обширных и многосторонних запросов народного хозяйства, на поднятие и развитие производительных сил. 15 марта 1919 г. В. И. Лениным был подписан декрет об организации Высшего геодезического управления при ВСНХ (теперь ГУГК при СНК СССР). На Высшее геодезическое управление возлагалась ответственная задача по регулированию и проведению съемочных и картографических работ, будущее значение которых Ленин предвидел в один из самых тяжелых для страны периодов гражданской войны. С началом социалистического строительства съемочные и картографические работы в стране получили широкое развитие. Они распространились на центральные районы Союза, Урал, Кузнецкий бассейн, окраинные республики, Дальний Восток, Сахалин, советскую Арктику и т. д., т. е.- всюду, где карта была необходима для культурной и всесторонней эксплоатации природных богатств, для роста производительных сил. Впоследствии картографическое дело в СССР было передано в НКВД СССР, где было создано Главное управление геодезии и картографии. Особое внимание партии и советского правительства к вопросам картографии выразилось в передаче с 1938 г. Главного управления геодезии и картографии: (ГУГК) в непосредственное подчинение Совнаркому СССР с передачей в его систему основных кадров находившегося ранее при ЦИК СССР Научно-издательского института «Большого советского атласа мира».

Одновременно с гражданскими учреждениями, координируя с ними собственные крупные топографические и картографические работы, необходимые для укрепления обороноспособности нашей страны, продолжает вести военно-топографическая служба Генерального штаба Красной Армии. Многие основные карты СССР являются одновременно гражданскими и военными, издание их листов ведется в тесной координации и по общей инструкции ГУГК и ВТС Красной Армии.
Основными масштабами советских топографических карт можно считать 1 : 50 000 и 1 : 100 000. Эти масштабы укрупняются для особо важных или экономически значимых районов до 1 : 25 000 и 1 : 10 000. На основании топографических планшетов (или в некоторых районах путем непосредственных полевых работ) составляются карты более мелких масштабов – 1 : 200 000, 1 : 500 000 и 1 : 1 000 000.

Насколько продвинулось картирование страны в послереволюционный период, можно судить хотя бы по тому факту, что издано свыше ста листов временного издания 1 : 1 000 000 карты (военным ведомством) и с 1940 г. издается «Государственная карта СССР масштаба 1 : 1 000 000» на всю территорию страны с использованием всех ранее составленных и учтенных материалов по типу международной миллионной карты, улучшенная и приспособленная к нуждам социалистического строительства. Издано много листов карт 1 : 200 000, 1 : 500 000 и др. Изданы многочисленные административные карты по отдельным республикам, краям и областям (в крупных масштабах 1 : 200 000 – 1 : 1 000 000), представляющие собой хорошие современные справочные издания. Грандиозная работа проделана Главным управлением геодезии и картографии в 1938-1941 гг. по составлению и изданию прекрасных гипсометрических карт (1 : 1500 000 Европейской части СССР на 20 листах, под редакцией Т. Н. Гунбиной, при участии ряда крупных советских географов и картографов, 1 : 5 000 000 на весь СССР, подготовлена карта 1 : 2500 000 на весь СССР). Аналогичных изданий не было в дореволюционной России (кроме карты Тилло, охватывавшей неполностью Европейскую Россию).

Наконец, большое распространение помучили в СССР специальные карты, дающие многостороннюю характеристику природных и общественных явлений (карты лесов, железных дорог, авиалиний и др.). Изданы Многочисленные учебные стенные карты (во исполнение специального решения правительства), которые по своему содержанию и оформлению не уступают (а в отношении изображения рельефа и ряда других показателей часто и превосходят) лучшие образцы английской и немецкой школьной картографии, считавшиеся еще несколько лет назад непревзойденными (например, карты Гаака издательства Института Юстуса Пертуса в Готе, которые кажутся мрачными и хуже читаются, чем советские стенные школьные карты).
Нельзя не отметить также карт в приложениях к различным книгами в частности к советским энциклопедиям (Большой, Малой, Сельскохозяйственной и др.). Создание «Большого советского атласа мира явилось в известной степени итогом данного этапа развития советской картографии.

Картографическая изученность СССР несравненно выросла, но при всех успехах советской картографии остались значительные пространства, преимущественно в северных районах Советской Азии, ожидающие подробных карт.

Источник: Н. В. Виноградов. Карты и атласы. 1941 г. Издательство Академии наук СССР.