Развитие картографии с древних времен

Древнейшие картографические памятники сохранились от времен Вавилона и Египта, за 3-4 тысячи лет до нашего времени. Несомненно, были карты и у древних финикиян, евреев и других народов, но до нас они не дошли. Не дошли до нас и подлинники многочисленных географических карт греков и римлян, хотя совершенно определенные сведения, имеющиеся в литературе этих народов, позволяют нам восстановить (реконструировать) некоторые из этих карт.

Первую греческую географическую карту создал Анаксимандр в VI в. до н. э., это была карта мира. Известно, что составляли карты Гекатей (V в. до н. э.), Дикеарх (IV в. до н. э.), Эратосфен (III в. до н. э.), Гиппарх (II в. до в. э.), Марин Тирский (I в. н. э.).

 Карта мира по Гекатею (V в. до н. э.)

 Карта мира по Гекатею (V в. до н. э.)

Карта по Эратосфену (III в. до н. э.)

Карта по Эратосфену (III в. до н. э.)

Содержание всех этих карт соответствовало уровню географических познаний того времени. На первых географических картах не было картографической сетки, только у Дикеарха (IV в. до н. э.) появляется впервые примитивная сеть из двух взаимно перпендикулярных линий. Постепенно эта сеть развилась в настоящую картографическую сетку, необходимую в связи с распространением в это время учения о шарообразности земли, возникшего еще в VI в. до н. э. (Парменид, Пифагор) и принятого такими передовыми умами, как Аристотель, Архимед и др. В половине II в. н. э. в картах Клавдия Птолемея впервые была применена градусная географическая сетка меридианов и параллелей, проведенных через определенное число градусов, что придало им большую научную ценность.

Карта по К. Птолемею (II в. н. э.)

Развитие картографии с древних времен

Древнегреческие картографы разработали и пользовались исключительно квадратной проекцией, и только Птолемей во II в. н. э. изучил и применил к географическим картам созданные Гиппархом стереографическую и коническую проекции; последнюю он применил для своей карты всего мира, для карт же отдельных стран продолжал пользоваться квадратной проекцией.

После Птолемея развитие картографии не только остановилось, но даже пошло вспять. В начале средневековья, под влиянием господства религиозного миросозерцания, отвергается учение о шарообразности земли; поэтому проекции становятся ненужными, и карты того времени имеют такой же примитивный вид, какой они имели у Анаксимандра, отличаясь от его карты только большим числом подробностей и внесением новых элементов (вроде «пуп земной» – Иерусалим, «Земной рай» на востоке, мифические народы Гог и Магог и т. п.). Арабы, восприняв традиции птолемеевой картографии, хранили их некоторое время, но затем, отступив от них, опустились да уровня средневековой европейской картографии, если даже не еще ниже. Это произошло вследствие общего падения арабской культуры под влиянием непрерывных войн и отрицательной роли Аль-Газли (1059-1111) как борца за «правоверное мусульманство» против науки. Заметное развитие картографии наступает в эпоху Возрождения (XIII-XV). В это время авторитет Птолемея и его карты стал вновь так высок, что сделался даже помехой дальнейшего прогресса: не осмеливались исправлять даже очевидные ошибки и анахронизмы «великого непогрешимого учителя».

В конце ХIII в. появляются в Италии и Каталонии так называемые портуланы, или морские компасные карты. Построенные на совершенно новом принципе – компасных румбов, эти карты относительно верно изображали форму берегов, направления и расстояния между разными пунктами. Вследствие этого очертания морей и материков Европы, Северной Африки и Передней Азии получались значительно более правильными.

Портулан

Портулан

Долгое время этими картами пользовались исключительна моряки, широкие же массы пользовались примитивными средневековыми колесовидными, тау-образными, четыреугольными (т. е. изображающими землю в виде круглой плоскости-колеса, греческой буквы τ – тау, четыреугольника и т. п.) картами и в лучшем случае старыми, иногда несколько подновленными картами Птолемея. Очень редко появлялись новые оригинальные карты, как например, карта Скандинавии Олая Магнуса 1567 г., на которой впервые Скандинавия изображена полуостровом, а не островом, как считали и изображали до того.

Карта Северной Европы Олая Магнуса 1567 г. (фрагмент)

Карта Северной Европы Олая Магнуса 1567 г. (фрагмент)

В половине XVI в. голландцы Авраам Ортелий и особенно Герард Меркатор реформировали картографию. Меркатор критически пересмотрел весь огромный накопившийся к тому времени материал как в виде древних манускриптов, так и новых сообщений об открытиях земель, тщательно проверил несогласия между описаниями и вычислениями древних авторов и новейших исследователей, разграничил область древней и новой географии и создал на научно-математической основе совершенно новые географические карты, отразившие уровень новейших географических познаний. Среди многих карт Меркатора и Ортелия, составленных по-новому, следует отметить мировые карты Меркатора 1569 г. и Ортелия – 1570 г.

В XVII в. среди ученых-путешественников и исследователей французы заняли первое место, вследствие чего приоритет в области картографии перешел от Голландии к Франции. Достижения астрономии и географии получали свое отражение в создаваемых новых географических картах. Из многочисленных работ французских картографов особенно интересны карты Гильома Делиля (1675-1726) и Бургиньона д´Анвиля (1697-1782). Карта Кассини (Carte geometrique de la France) в масштабе 1 : 86 400 на 184 листах, изданная в Париже в 1750-1815 гг., имеет огромное значение в картографии: она является родоначальником всех современных государственных топографических карт.

К концу XVIII в., в связи с возвышением Англии как мировой морской и торговой державы, в Лондоне и других крупных городах было сконцентрировано большое количество результатов астрономических наблюдений, что дало возможность английским картографам базировать свои карты на более точной основе и опередить картографов других стран. Особенных успехов английская картография достигла в производстве морских навигационных карт, став почти монополистом в этой области.
Наполеоновские войны начала XIX в. дали необычайный толчок развитию картографии. Уже в середине этого столетия в ряде стран заканчиваются точные топографические съемки, значение которых не утрачено до наших дней. В течение всего XIX в. производились многочисленные исследования внутренних пустынных частей материков, приполярных областей, океанов и морей. Результаты многочисленных экспедиций, значительный объем тачных топографических работ и нивелировок, одновременное развитие математической картографии, усовершенствование старых и введение ряда новых проекций, усовершенствование методов изображения рельефа на картах и, наконец, изобретение фотографии, давшей возможность применять фотомеханические способы для воспроизведений карт, – все эти факторы определили достижения картографии XIX в.
XX столетие ознаменовалось новыми достижениями, важными для картографии. Изобретение радио сделало возможным более простое и точное определение долгот, фотографию применили для аэрофотосъемок с самолета, новейшие скоропечатные офсетные машины улучшили полиграфическое качество издаваемых карт и значительно увеличили их тиражи. Значение аэрофотосъемки как действительно революционного метода топографических работ нельзя переоценить: она дает материал, недостижимый по точности и объективности прежними наземными способами съемок, и позволяет производить съемки территорий, ранее недоступных (болота, тайга).

В наше время самые разнообразные отрасли науки используют карту для изображения на ней размещения, взаимной связи и соотношения самых разнообразных явлений как физического так и социального порядка (например, карты геологические, почвенные, метеорологические, ботанические, этнографические, демографические, транспортные, экономические, исторические и т. д.). Колоссально возросла роль учебной картографии. Карта, на ряду с книгой, стала для культурного человека необходимым видом печатной продукции.

В организационном отношении картографические работы первоначально зависели главным образом от частной инициативы. В средние века картография была своеобразным искусством, которым занимались отдельные географы и печатники, вроде Меркатора и Ортелия. В конце XVII и начале XVIII в. картографией заинтересовались научные учреждения, академии, правительственные организации. После Семилетней войны (1756-1763) и особенно наполеоновских войн главным потребителем карт становятся военные ведомства; картографические отделы создаются при генеральных штабах почти всех стран. До наших дней военная картография является ведущей в ряде стран.

В дальнейшем, возросшие потребности гражданских ведомств в связи с проведением дорог, регулированием рек, планировкой городов, упорядочением земельных владений, разработкой полезных ископаемых, требованиями административного порядка (особенно в колониях) и т. д. вызвали к жизни специальные гражданские картографические департаменты (или другие организации) при отдельных министерствах разных стран. Такие гражданские организации имеются в США, Канаде и в ряде других стран.

Источник: Н. В. Виноградов. Карты и атласы. 1941 г. Издательство Академии наук СССР.